Главная
Суббота, 25 Ноябрь 2017 год

 


Официальный сайт администрации Балашовского муниципального района Саратовской области

Официальный сайт администрации Балашовского муниципального района Саратовской области

Париж в августе - рекомендую...

Так уж вышло, что по семейным обстоятельствам мне приходится иногда бывать в столице Франции. Эти самые обстоятельства читателей «БП» вряд ли заинтересуют (ну… внук там у меня родился, корейский внук русского дедушки), а вот некоторые впечатления русского путешественника, как мне представляется, заинтересовать читателя могут… впрочем, тут не мне судить.

Виза
Новые правила для всей шенгенской зоны, весьма благоприятны для родственников, которые едут погостить к другому родственнику: в мэрию теперь идти не надо, приглашение брать не надо, платить за него не надо. А что надо? От руки приглашение с указанием обстоятельств и всякие справки, подтверждающие легальный статус приглашающего лица и его кровное родство с приглашаемым субъектом. Совершенно неожиданно таким образом я обрёл годовую шенгенскую визу и в три раза меньше заплатил за визовый сбор. Но слегка понервничал: одного документа не подвёз, хотя и без него почему-то прокатило. Так что просто всё надо делать вовремя, ничего не терять, как некоторые (особенно заграничный паспорт не терять!) и – надеяться на лучшее…   

Билет
Брать (лучше – авиа) надо раньше и желательно, чтобы обратный билет был тоже. И распечаточку электронного билета для консульства непременно приложить. Это очень стимулирует тех, кто решает вопрос о визе. Чем раньше взят авиабилет, тем он дешевле. С пересадкой – ещё дешевле. У меня была пересадка в Праге, на обратном пути интервал между полётами пять часов – сгонял на автобусе и метро в центр чешской столицы, прогулялся по Карлову мосту, пивка попил пльзеньского, спокойненько при этом и без нервотрёпки.

                Африканский квартал
    В Париже я проживал в т.н. африканском квартале, их там несколько. Улицы Маркаде, Лаба, Додовиль – буквально оккупировали выходцы из чёрной Африки – Чад, Сенегал, Мали, Гана и пр. Это натуральный Париж со своей историей, в частности, улица Маркаде, где я обитал и где дочурка прикупила квартиру, упоминается в одном из романов Золя («Западня»?), но теперь это больше похоже на Киншасу или Дар-эс-Салам…
    Улицы узкие, кривые; дома XIX века, подвалы, как застенки инквизиции, лестницы деревянные, витые; камин, который разжигать запрещено, ниша для статуи богоматери или Иисуса (у дочки какой-то деревянный идол там стоит);  на балкончиках зелень разная – народ комплексует от каменных джунглей, к природе тянется… Дочурка, в частности, помидорное дерево посадила, и оно (дерево) маленькие жёлтенькие помидоры произвело; зять перечное дерево посадил – красные перцы висят, и он (зять) со своим неизбежным рисом их хрумкает – аж глядеть страшно.
    На улицах личности колоритные попадаются, одеты весьма иногда весьма экзотически в свои дабу или бабу – расписной мешок до самых пяток, по ночам шумят (особенно в выходные), сигналят, но люди, в основном,  весёлые, мирные, а если чего и орут, то это они так общаются.  Мулаточки попадаются, кстати, очень даже ничего…
Я сразу захотел в африканский ресторан. Не в приличный, а в реальный, где местные кушают, где народ толпится, куда дочка ни разу не ходила, хотя и хотела. Ну и пошли… Маленькая комнатка, за столами по пять-семь парней (парочка девиц с крашеными гривами), все пьют пиво «Хайникен» и орут, как сумасшедшие. И музыка орёт. И телевизор сверху мелькает и бликует. Столик на двоих свободен, потому что местные по двое сюда не ходят. Берём с дочкой жареную курицу с гарниром из бананов под арахисовым соусом и жареную свинину с тем же гарниром, Официантка скептически смотрит на нас и говорит, знаем ли мы, какие у них порции. Я отвечаю (а дочь переводит): «Вы несите, а там разберёмся…». Местные заказывают одну порцию на пятерых. И я вижу, что порции реально неслабые. Может, и, правда, погорячились?
    Приносит огромные две тарелки, там – с горкой… Как всё это скушать? Посетители скептически косятся на двоих белых («понаехали тут»), которые ничего не понимают в этой жизни. И что же? Мы – справились. Всё очень вкусно и достаточно дёшево сравнительно с иными точками питания, и я в этот день даже не ужинал. Когда расплачивались, выполз хозяин посмотреть на удивительных клиентов, и спросил тот хозяин, откуда такие взялись. Наш ответ, что мы русские, полностью его удовлетворил («русские могут») и снял все вопросы относительно того, как нам с дочкой удалось справиться с такими порциями в одиночку… Я сказал, что всё было очень вкусно, дочка перевела, хозяин заулыбался во все свои 144 зуба и сказал (по-русски!) спасибо…
    У баров на Маркаде стоят чёрные парни, в руках пакеты. Дочка показывает: «Это они пиво пьют. Тут из бутылок и банок на улице нельзя. А кому какая разница, что у него там в пакете? И футбол смотрят они через стекло. Они безработные, у них денег только на пиво. Вот посмотрят, пообщаются, пописают тут же – и день прошёл…»
Не могу одобрить.

Монмартр
    Живу в пятнадцати-восемнадцати минутах от Монмартра. Пешком если идти. Там, конечно, по ступенькам когда поднимаешься на сам холм – вспотеешь, но открывающийся вид дорогого стоит. И ориентир есть, его отовсюду видно, церковь Сакра Кёр («Святое сердце») – единственный в Париже католический храм, построенный по византийскому образцу.
    Монмартр когда-то был деревней, потом пригородом, теперь это Париж, один из туристических центров. Обалденный выбор сувениров, много кафешек, самый дорогой кофе (но я всё же выпил из принципа).
    Памятник певицы Далиды (у неё тут квартира была) – бронзовый бюст, который поклонники в ряде мест (соски) зацеловали до полного посветления меди (причём левый сосок на порядок активнее целуют – логику тут я не понял). Как это негигиенично… Я даже рукой за это дело не трогал, хотя вряд ли она бы обиделась…
    Тут был последний оплот коммунаров. Защитников Монмартра (которые живы остались) версальцы тестировали так: есть следы пороха на руках – к стенке. Нет – отпускали. Мораль: руки мыть надо…
    Тут когда-то дислоцировались бандиты, клошары (французские бомжи) и – художники-импрессионисты. Я пристроился к какой-то русской группе туристов и некоторое время за ними ходил. Очень колоритный гид – соломенная шляпа, обтрёпанный пиджачок, бородка, длинные волосы. Он рассказал прелестный эпизод из тамошней жизни. Кабачок «У шустрого кролика» (здание сохранилось), сидят художники, весь вечер тянут свой стаканчик вина, ничего другого не заказывают, ибо бедные, клиентов приличных отбивают, ибо грязные. Хозяин им говорит: «Ребята, какие вы к дьяволу художники? Вот мой осёл Лоло, я его сейчас поставлю хвостом к мольберту и штуки три ведра краски поставлю. Сейчас буду кормить его печеньем, и он будет от радости хвостом вертеть – нарисует, знаете ли, не хуже вас…» Эксперимент удался. Художники приняли осла в своё сообщество и назвали свою группу «Ослиный хвост». Картина сохранилась, недавно она была продана с аукциона за 120 000 долларов…
    Гид ухмыляется и продолжает рассказ: «Тут недавно среди туристов затесался «новый русский» – малиновый пиджак, золотая цепь, пузо грандиозное. Он всё это выслушал и резюмировал: «Во, блин! Ишак в струю попал…»
    За 20 евро вас готовы увековечить на плотной бумаге современные мастера кисти и карандаша. В любом стиле. Хоть реализм, хоть абстракционизм, хоть карикатуру на вас сделать… Я не решился. Нет, не пожадничал, с деньгами на этот раз нормально было по ряду обстоятельств, – постеснялся…
    Сижу, пью кофе, слышу аккордеон. Душевно играет товарищ, колорит истинно французский создаёт. И вдруг запел: «Кондуктор не спешит, кондуктор понимает…» Везде наши люди. Потом в метро слышу – бандура играет и целый ансамбль ревёт: «Реве да стогне Днипр широкий…» Подхожу – ребята в национальных костюмах, а зрители сплошь афры…
    На Монмартре обедают либо аристократы, либо новые русские, либо арабские шейхи, ибо там всё дорого. А вот ежели спуститься с холма, углубиться в дебри кривых улочек, то можно присесть где-нибудь в «Звезде Монмартра» и приобщиться к французской кухне. Дочка так расхваливала эту кухню. Ну, правда, соусы хорошие. Но мясо жарить они не умеют. Есть можно, но я предпочитаю китайскую лапшу из пекинской утки.
    Ещё пару слов о «Звезде Монмартра». Это так называемый стиль «бу-бо» («буржуазная богема»): всё простенько (бумажные скатерти, стулья из жёрдочек, приборы без претензий, но – чисто). Какой-нибудь клерк в субботу надевает рваные (но чистенькие) джинсы и в таком кафе изображает из себя деятеля искусства. А через дорогу прямо на тротуаре клошар отдыхает…
    Социальные контрасты.   

                    Во лё Виконт

    Ни в Лувр, ни в Версаль не хочу, потому что был. На башню? Тоже был, и опять понесла нелёгкая… Но в третий раз как-то уже не то.
    А вот давно задумывал и наконец-то реализовал – экскурсия в замок Во лё Виконт. Если кто читал роман А. Дюма про виконта де Бражелона или французский фильм смотрел про человека в железной маске – оно как раз про тот замок.
    Построен он был на денежки Николя Фуке, суперинтенданта (министра финансов) при Людовике XIV. Широкий человек был этот Фуке, умел воровать в государственном масштабе, ценил искусство и такой праздник закатил 17 августа 1661 года по поводу завершения строительства своего замка! Фейерверк, пьеса Мольера, в которой автор роль играл… Короля пригласил, но Людовик вдруг понял, что у этого прохиндея дворец круче, и реально король… обиделся. Нахальный Фуке ко всему ещё начал ухлёстывать за тогдашней фавориткой Людовика XIV Луизой де Лавальер. Совсем нюх потерял чувак. Но тут ему изначально ничего не могло обломиться: мадам была, как кошка, влюблена в своего повелителя и видела во всём мире только его. Анекдот: Луизе поначалу при дворе ничего не светило, ибо она слегка прихрамывала и танцевать в связи с этим не могла. И вот стоит она на балу, кушает мороженое, а приятельница её спрашивает: «Скажи, кто из мужчин тут красивее всех?» – «Как можно говорить о других мужчинах, когда здесь – король?!» – ответила мадмуазель. А король как раз стоял рядом незамеченный и всё слышал. Ну и пригрел девочку…
Ну вот, продолжим… Тут интриган Кольбер как раз компромат на Фуке подкинул (а его и искать особо не надо было, компромат-то). Король хотел сразу арестовать гостеприимного хозяина, но маман евонная, Анна Австрийская, сказала, что это неприлично, и  Фуке был арестован в Нанте спустя полмесяца после своего триумфа. Один из д`Артаньянов его арестовал (который мушкетёр, а ещё был д`Артаньян маршал, но этот в данном случае не при делах).
    Замок конфисковали, хозяина посадили в Периньоль пожизненно, но… через 10 лет король вернул замок семейству, и Мадлен Фуке, супруга бывшего суперинтенданта, сделала имение доходным.
    А король ангажировал архитекторов, художников, ландшафтных дизайнеров, которых некогда пригрел Фуке, и повелел Людовик сделать под Версалем нечто подобное Во лё Виконт, но – больше, намного больше… И – сделали. Только замок Фуке всё же органичнее в окрестности вписан, и он просто… красивее. А со стороны парка замок волшебным образом отражается в водоёме, в котором плавают трёхкилограммовые карпы, а рыбаков я там никаких не видел…
    Потом имение прикупил маршал де Виллар, храбрец, удачник и кавалерист, который не проиграл ни одного сражения, а за собой таскал супругу свою Анжелику (младше себя на 30 лет). Он очень подозревал, что мадам ему неверна, но как ни старался, с поличным так её и не поймал. Историки до сих пор спорят, как там Анжелика, изменяла своему героическому старикашке или нет…
    А уже в 1840 году в замке произошла загадочная и кровавая история. Тогдашний владелец – герцог Шуазель убил свою жену, а потом себя. Никто не знает почему.  Довела, небось, поганка, мужика… Они могут, они такие…
    Сейчас это частная собственность герцогов Вогюэ, а также – национальное достояние. Туристов тут не так много, потому что ехать не очень удобно: поездом, потом автобусом. Но я вот посмотрел Во лё Виконт, и Версаль для меня поблек.
    И напоследок ещё один анекдот, связанный с Во лё Виконт. У Фуке был повар Витель. Прямо не повар, а поэт поварского искусства. Он удивлял своими блюдами и короля, и хозяина. И вот однажды по какой-то причине форель под белым соусом слегка припоздала, и король выразил по этому поводу своё державное неудовольствие, а хозяин слегка пожурил своего Вителя. Так тот от всего этого огорчился до такой степени, что пошёл и заколол себя шпагой. Такие понятия о поварской чести были у человека. Но это, по-моему, зря. Ничего, подождали бы гости форельку, ещё и аппетит бы нагуляли…
    И самое последнее. Фуке в замке велел отделать личную спальню короля – вся она в зелёном шелке с золотыми узорами. Никто не должен был на этой кровати спать, кроме короля. Но Людовик провёл под кровом своего гостеприимного хозяина лишь одну ночь, а ночевал он где-то (никто не знает где именно), однако точно не в этой спальне. Так что в этой спальне никто никогда не ночевал.

                Центр Помпиду
    Хотел, но не мог попасть я в прошлые свои поездки в Центр современного искусства имени Помпиду. А что так? Очередь – больше, чем на Эйфелеву башню. Когда ни пойди – очередь. И вот в этот раз получилось! А почему/? Дочка в связи с днём отгула спала до обеда, и мы подошли к зданию тогда, когда все нормальные французы обедали (они к этому делу относятся очень серьёзно). И мы зашли.
    Архитектура здания – шедевр утилитаризма: ничего не спрятано, все коммуникации, балки и пр. – наружу. Современный индустриальный стиль.
    Под современным искусством тут понимают живопись, кино и дизайн. /На пятом этаже выставка немецкого художника Г. Рихтера (первый раз слышу) – вторая половина ХХ века. У него всё: и реализм, и импрессионизм, и модернизм. Всё мог. Этажом ниже искусство 60-70- годов, американское, в основном. Сол Уокер, полотно называется «Красивая и сильный». Посвящается Анжеле Дэвис, была такая деятельница, афроамериканка, жена миллионера и коммунистка по совместительству, а также афроэкстремисты из «Черных пантер» её обожали. Он её, чёрнопантерист, как бы спасает, а она как бы и не человек вовсе, а некий дух, воплощение красоты. /Художник прикалывается…
    Какой-то односторонний взгляд на современное искусство, а?
    А вид с самого верха Центра какой! Не хуже, чем с башни. Я всё Монмартр снимал, ориентируясь по знаменитой церкви.

                    Канал Урк

    И началась дикая жара, и я понял, почему французы стараются в августе куда-то из Парижа укатить, хотя если температура держится в районе 25-26 градусов, август в этом городе не напрягает. Но +38° без ветра – это слишком.
    Куда деваться? Дома сидеть?
    Речная прогулка! Причём, не по Сене (это уже было), а по каналам, коих в Париже множество. А всё Наполеон, который дабы стимулировать промышленное производство и дабы занять чем-нибудь французских работяг, запланировал и воплотил целую сеть каналов между Сеной и Марной. Водный транспорт и сейчас самый дешёвый, каналы служат стране и теперь, но город застраивает домами берега, обустраиваются набережные и  район становится всё более и более престижным для парижан. Даже пляж там имеется, только… Купаться в этой воде нельзя. Не то, что запрещено, а просто – кожа облезет. Такая жара – и ни одного купальщика.
    Мы плывём – всего за один евро с человека! – полчаса до первого парка, выходим, но тень не спасает, вода из бутылок вся выпита, надо сматываться, потому что солнце палит нещадно. Идём к метро, я вижу среди одно-двухэтажных коттеджей красивенькую группу высоток и выражаю своё одобрение этому архитектурному решению, но дочка не соглашается. «Такие дома, папа, – говорит она, – у нас называют «ситэ». Буквально – «город», но есть и дополнительный смысл. «Ситэ» – дешёвое муниципальное жильё. Зимой в них холодно, летом жарко. Половина жильцов – безработные, которые коммунальные платежи не оплачивают. Продать эти квартиры невозможно. Получить приличное образование, приличную работу, если ты из «ситэ» – почти невозможно. В подъездах там… пахнет, ибо канализацию  жильцы часто забивают. Наш дом в африканском квартале – и то престижнее…» 
    Ну это же надо… А мне нравятся эти балкончики, эти наличники – красивенько…

                    Карлов мост
    Вот в чём прелесть, если ты с пересадкой летишь: можно отработать зараз две столицы. Правда, на часы надо поглядывать, а то самолёт, он ведь ждать не будет, улетит без тебя. Внимательно надо Интернет предварительно отработать, и действовать по инструкции. Приземлился – посмотри: не перенесли ли время вылета (они могут). И далее по инструкции – евры на кроны поменять, сесть на 119-й автобус и до конечной метро (станция «Девичья»), далее по тому же билету – три остановки до «Старомястской», выходишь – «Где тут Карлов мост?» (а что ещё в Праге интереснее, чем Карлов мост?).
    Широкий каменный мост через Влтаву, каменные ворота с огромным количеством статуй, море туристов. Самая интересная статуя и самая интересная история про святого Яна Непомуцкого, которого (по легенде) король Вацлав IV в XIV  веке лично пытал, а потом приказал вырвать язык и утопить в мешке во Влтаве, сбросив с Карлова моста. А что это он на него взъелся? Есть три версии на этот счёт, но наиболее популярная такая: Ян не пожелал выдать тайну исповеди королевы, которая, по мнению короля, что-то там питала к какому-то дворянину.
    И вот, когда тело святого погрузилось в воду, из воды поднялись и засияли пять звёзд. Теперь на всех памятниках святого на нимбе его пять звёзд.
    Оригинальный памятник в музее, на мосту копия, некоторые места вытерты до светлой меди, как у Далиды на Монмартре – но тут собака вытерта и женщина. И тут не целуют, а просто руками трогают.  Я тоже тронул – на счастье.
    Святой Ян Непомуцкий в Чехии очень популярен. Даже пословица такая есть: «Ни звука на манер Непомука». Допустим вы какой-то компромат на знакомую дамочку имеете, но как культурный и тактичный человек держите его при себе, а не делаете общественным достоянием.
    В районе Старомястской площади невиданное количество ресторанов и пиварен на любой вкус и кошелёк. Надо посмотреть, почём ходят основные блюда и не горячиться. Стейк и пару кружек светлого пльзеньского – очень хороши при +39° – а именно такая температура была 20 августа в столице Чехии…
    Зато милая Родина встретила меня бодрящим холодом и дождём.
                                    А.Ф. Седов